Эксперт о деле калининградских врачей: «До приезда Сушкевич погибшему ребенку не оказывали необходимую помощь»

В «деле калининградских врачей» осталось еще много неясных моментов. Об этом в четверг, 3 декабря 2020 года, рассказал на пресс-конференции представителей Национальной медицинской палаты эксперт - зав. отделением реанимации и интенсивной терапии новорожденных Калужской областной больницы Алексей Мостовой.

Из имеющихся материалов дела он попытался собрать всю хронологию событий того дня, когда в роддоме №4 умер младенец.

По его словам, мать заявляет, что родила в два часа ночи, а в истории болезни (вероятно уже переписанной – ред.) зафиксирован момент рождения в 4:30. Куда делись два с половиной часа – непонятно.

Но даже, если исходить из официальных данных, выходит, что в 4: 35 малыш уже был на аппарате ИВЛ, что сделать было физически невозможно, утверждает врач. Далее, малышу ввели куросорф и еще какие-то препараты.

Далее, говорит доктор, в 7:30 приходит заведующая родильным отделением (она же главный свидетель обвинения – ред.) Татьяна Косарева и констатирует, что у ребенка температура всего 33 градуса.

«То есть всё это время никто ничего не делал. Зато всё прекрасно записывают на видео», – отметил Мостовой.   

В итоге, лишь около восьми часов утра было решено вызвать бригаду из Областного перинатального центра. В районе восьми утра приехала неонатолог Элина Сушкевич и начала предпринимать меры по спасению ребенка, рассказал детский реаниматолог.

На пресс-конференции врачи рассказали, что надо было делать с таким тяжелым недоношенном ребенком с первых секунд. В частности, озвучивалось мнение профессора неонатального подразделения университетской клиники Кракова Ричарда Лаутербаха.

«Немедленно согреть ребёнка, провести эффективную ИВЛ, оценить концентрацию С-реактивного белка, оценить бактериологический посев крови, ввести антибиотики, повторить введение сурфактанта и... молиться», – ответил ученый, дав понять, что при всем усилии врачей, шансы выжить – минимальны.

Ранее доктор медицинских наук Дмитрий Дегтярев заявил, что «нет ни одного объективного доказательства, что недоношенный ребенок умер от введения сульфата магния». По его словам, совершенно непонятно, откуда возникла идея с введением препарата.